Рита Шахназарян родом из села Сос Мартунинского района Арцаха. По образованию она педагог — проработала 40 лет в школе села Сос.

Много лет назад, от ран и болезней, полученных во время Карабахской войны и после, умер ее муж. Заботы о четверых детях легли на ее плечи. Все четверо ее детей получили высшее образование, чем она особо гордится.

«Карабахские войны оставили без кормильца множество семей. Но ради детей мы преодолевали трудности, чтобы вырастить их достойными людьми. Было трудно, но мы были на своей земле, в своем дома, среди родных, и по-своему были счастливы. Теперь все разбросаны, каждый борется с социальными проблемами. И мы не знаем, встретимся ли когда-нибудь вживую, а не через интернет».

После насильственной депортации из Арцаха, оказавшись в Армении, Рита занялась рукоделием. Сначала вязала для детей и внуков. Затем стала изучать армянские орнаменты на традиционной одежде и перенесла их в свои изделия. Увлечение превратилось в маленькое дело. На последней ярмарке в Ереване она показала уникальную коллекцию теплых вязаных носков с традиционными армянскими узорами.

Рукоделие помогает ей сдерживать эмоции, когда под стук спиц приходят воспоминания об утраченном доме и прошлой счастливой жизни, о героях, погибших в войнах, и сегодняшних вызовах, переживания о будущем, где, по ее мнению, для арцахцев продолжатся трудности и испытания.

Тикин Рита убеждена, что Арцах можно вернуть только силой оружия, и если армяне действительно намерены вернуть свои земли, армия должна укрепляться и быть готовой к любому развитию событий.  Еще она убеждена, что армяне должны оставаться в Армении и развивать страну. Но больше всего ее волнует то, что вопрос прав арцахцев — прежде всего, права на собственность — остается без должного внимания на международной арене.

«Мы постоянно слышим, что наши села заселяют чужие люди. Недавно сообщили, что азербайджанцев поселили в нашем селе Сос. Почему не поднимаются вопросы о наших правах на нашу же собственность, землю, родину, национальные ценности, возможность посещать могилы близких? Почему международное сообщество фактически закрывает глаза на преступления и все другие действия Азербайджана? Где те, кто должен защищать верховенство международного права и право человека на достойную жизнь?».

Алвард Григорян

Платформы для подачи заявок на жилищную поддержку и экстренную помощь, предоставляемую арцахцам, открыты. Комментарии в социальных сетях указывают, что арцахцы довольно активно заполняют заявки. Некоторые уже являются получателями помощи и повторно подавать заявки не нужно, но другая часть надеется, что сможет стать бенефициаром и воспользоваться социальной помощью в 2026 году.

Комментарии показывают, что люди крайне недовольны решениями правительства. Арцахцы, значительная часть которых до сих пор снимает жилье, не могут мириться с некорректным подходом правительства. А именно, с решением предоставлять поддержку на аренду жилья и экстренную помощь только определенным категориям.

Перемещенный житель Арцаха: Семьи из 3 человек не включены в группы социальной помощи

-Я бы хотел, чтобы правительство РА ответило, что оно собирается делать с арцахцами в возрасте 18-62 лет, которые не включены в программу социальной помощи, за исключением, конечно, определенных групп. Разве эти люди больше не беженцы, они уже защищены, у них есть жилье?… Как правительство собирается решать проблему жилья для малообеспеченных семей, особенно семей из 1-3 человек? И если они действительно хотят решить эту проблему, то почему жо этого им не оказывается поддержка, как должны выживать эти люди? Я бы попросил вновь поднять этот вопрос в соответствующих органах и открыто заявить о позиции правительства, чтобы арцахцы могли определиться с дальнейшими действиями. Необходимо четкое решение этого вопроса, которого ждут десятки тысяч жителей Арцаха.

Комментарии в социальных сетях также указывают, что заявления жителей Арцаха об экстренной помощи сразу же отклоняются: либо отсутствуют данные в регистре населения, либо указанная семья не нуждается в помощи, либо говорится, что данные проверяются. Люди вынуждены менять адрес регистрации и пробовать снова, надеясь на положительный ответ.

Что ждет арцахцев в 2026 году? Люди не ожидают никаких позитивных изменений.

Карине БАХШИЯН

Примечательно, что многим Степанакерт запомнился блокадный, словно до этого там не было жизни.

Интересно также, что Алиев не меняет все топонимы и названия поселений, часто довольствуясь изменением всего одной буквы и «акцента». Ванк стал Ванги, Колатак стал Колатагом, Арменаван почему-то вообще не изменили.

После 2020 года арцахцы старались не жарить шашлыки. «Скажите нашему гостю, что есть и мясо, и дрова, но после всего этого я не стану жарить шашлык», — сказал житель Красного Базара, когда к нему домой зашёл британский журналист. Мясо зажарили обычным способом.

Говорят, город — это люди, а не здания. Может, это и не звучит как похвала, но Степанакерт был именно таким городом.

Когда 27 сентября 2020 года женщины и дети покинули Степанакерт, город преобразился, даже здания изменили свой цвет. Многие помнят, какой была жизнь в столице после 2020 года. Несмотря на трагедию, словно началась новая эра. Люди прогуливались на площади, открылись новые парикмахерские, а в городе появилась молодежь из Гадрута, которая привнесла не боль, а радость и красоту. Словом, появилась надежда на новое начало, ощущение свежести.

Вы, наверное, тоже краем глаза следите, как меняется облик Степанакерта, вероятно, видели, что Алиев покрасил живые здания в белый цвет, а чать домов снес и разбил «Парк Победы». Я долго не мог понять, как изменился город, пока один из моих знакомых из диаспоры не дал меткую оценку: «Алиев превращает ваш город в «Ашхабад»».

В этот Новый год на площадь в Степанакерте опять привезли в автобусах людей, они пускали салюты в полутемном городе, Алиев поздравлял собравшихся с экрана, ибо сам решил отпраздновать настоящий Новый год в Баку.

Праздничной атмосферы не было, они вряд ли ощутили радость, которую обычно испытывают люди на родине в новогоднюю ночь.

Многие азербайджанцы, как Алиев, знают, что совершили грех, и им все время придется расплачиваться. Никто не станет добровольно покидать Баку, чтобы отпраздновать Новый год в армянском «харамном» доме. Как ни крась, дом не станет твоим, если принадлежит другому.

Можно представить, как прошел этот Новый год в Степанакерте: ночью не было гостей, не было тостов и пожеланий, не было дыма и запаха шашлыка, и никто не сходил на кладбища 1 января.

Марут Ванян