19 апреля состоялась первая Ереванская конференция безопасности, организованная Армянским советом. Ее председатель Арег Кочинян отметил, что среди обсуждаемых вопросов – мир или война, Карабахский вопрос закрыт или трансформировался, государство или колония, демократия или диктатура, кто решает за Армению – внешние силы или мы сами.
Суверенитет или колония?
Практически все выступавшие вспоминали слова вице-премьера России Алексея Оверчука, который после недавней встречи Пашиняна и Путина напомнил о русско-персидском Туркменчайском договоре 1828 года, по которому «Нахиджеванское и Иреванское ханства отошли от Персии России». В выступлениях многих политологов указывалось на сохраняющийся имперский фактор в развитии суверенитетов на Южном Кавказе.
Как отметил Александр Искандарян, до сих пор по меньшей мере три крупные бывшие империи – Российская, Османская, Персидская – оспаривают принадлежность Карабаха и всей Армении.
Иранист Анна Давтян отметила, что Туркменчайский договор для Ирана является «досадным», проигрышным. При этом она заметила, что межимперская борьба – это не всегда плохо, потому что именно в результате этой борьбы возникли суверенитеты малых государств.
Арсен Харатян напомнил, что речь не только о Туркменчайском, но и Карсском, договоре Сайкса-Пико и других, согласно которым регион был разделен с помощью линейки. Сейчас происходит пересмотр брутального раздела мира, отметил он.
Татул Акопян указал несколько ключевых дат для Армении – 1828 (Туркменчай), 1918 (навязанная независимость), 1988-2018 (Карабахское движение). Александр Искандарян добавил еще 2023-й год, когда случилось вопиющее событие – силовая депортация армянского населения из Арцаха.
Степан Сафарян напомнил, что Россия все еще обсуждает, как Армения вообще получила независимость. Он напомнил о том, как в России в 2013 году обсуждали 200-летие Гюлистанского договора, о письме Зория Балаяна Путину, о том, что именно в 2013-м Армения оказалась в ЕАЭС, и именно оттуда начался путь к 2023 году.
Степан Григорян при этом задался вопросом, как Армения отвечает на мессиджи России о Туркменчайском договоре? Ответ — никак.
Гибридная демократия — отсутствие демократии?
Иранист Анна Давтян заявила, что Армения является страной с гибридной демократией, что не позволяет говорить о необратимости демократических процессов и влиянии общества на конфликты — внутренние и внешние.
Арсен Харатян подчеркнул, что страны постсоветского пространства, которые выбрали путь демократии, были «наказаны» и понесли территориальные потери. Он также не считает мирный и демократический процессы в Армении необратимыми.
Татул Акопян в своем слове напомнил, что в Армении власть ни разу не передавалась оппозиции путем выборов. Он считает точкой невозврата демократии момент, когда в результате выборов к власти придут оппозиционные силы, и правящая партия признает поражение. Сейчас он не видит таких предпосылок – в Гюмри, Ванадзоре, Горисе после местных выборов, где победила оппозиция, власти, фактически, пересмотрели итоги выборов и «вернули» себе власть.
Он отметил, что власти сейчас заняты «продажей» демократии Европе.
Александр Искандарян добавил, что говорить о демократии не приходится, пока наша Конституция не предполагает влияние даже парламентской оппозиции на принятие решений.
Что противопоставляется гибридным угрозам?
На конференции много говорилось о гибридных угрозах. Политолог Степан Григорян назвал одну из таких угроз – поствыборные протесты. Он призвал ответственные структуры – МВД, суды, Антикоррупционный комитет и другие – действовать по закону, сдержанно и не приводить своими действиями к делегитимизации избирательного процесса.
Степан Сафарян указал на попытки привлечь внешние силы к обеспечению «демократичности» выборов, отметив, что обсуждается недопуск к выборам «недемократических сил». Он отметил, что уповать нужно на собственное общество, заметив, что государство так и не создало фонд, который мог бы поддержать гражданское общество, СМИ Армении и удержать их от подпадания под внешнее давление.
Политолог Анаит Адамян отметила, что цель гибридной войны в Армении – чтобы не было суверенитета, деблокады, демократии, мира, чтобы всегда была нужда в «царе». Она отметила, что в Армении возможны попытка переворота, поствыборные столкновения. У нас должна быть национальная стратегия противостояния, должно быть понимание силы земли, сказала она.
Овсеп Хуршудян назвал СНБ Армении наследием КГБ, отметив, что эта структура по-прежнему остается вне общественного контроля. Он напомнил, что нынешние власти так и не осуществили люстрацию, веттинг, а без этого говорить о противотоянии внешним угрозам просто бессмысленно. По словам Хуршудяна, Аргишти Кярамяна сняли с должности главы СНБ во время войны под давлением русских. Он говорит, что этот канал влияния сохраняется.
Журналист Седа Мурадян заметила важный фактор в предвыборных процессах: она отметила, что страх и травмирование становятся решающим инструментом и даже электоральной культурой. Необходимо противостоять не только внешней дезинформации, влиянию, но и поляризации общества путем устрашения и превращения страха в водораздел, сказала она.
В целом обсуждения на конференции, вне официальной повестки, фокусировались вокруг нескольких основных вопросов – имперский фактор может быть определяющим для государственности Армении, мир и демократия в Армении не прошли точку невозврата и внутренняя недодемократия может привести к столкновениям и делигитимизации избирательного процесса.