Наручники Царукяна и путь развития Армении: на что Пашинян получил мандат

После выборов в Армении наступили не «мир и любовь», а еще больший раскол: громкий арест «не прошедшего» в парламент Гагика Царукяна, ходатайство об аресте Нарека Карапетяна, обещания превратить новый парламент в «ад», а оппозицию в бомжей, отъем собственности и прочее. Раскол и «персональные» гонения полностью обнулили политическую повестку в Армении, которая оказалась на очередном жестком вираже. В Армении обсуждают тех, кто подвергается гонениям, обвиняя или оправдывая власти, между дискуссий по поводу того, куда идет «поезд» Армении, нет: «гонимая оппозиция» занята судебными процессами, а власти — легализацией своего курса «мандатом народа».    

По словам Ваге Ованнисяна, в Армении нет ощущения единства и нет общего понимания надвигающихся рисков. «Мы должны быть готовы к миру на Кавказе, для этого мы должны быть грамотными и рациональными. Неготовность к миру на Кавказе — это самый большой риск», считает он։

В свою очередь, первый министр иностранных дел независимой Армении Раффи Ованисян с болью пишет, что Ереван и Баку стали «городами-побратимами» и действуют по абсолютно скоординированной схеме, двигаясь к одной цели.

Правительство Армении после войны 2020-2023 гг. провозгласило курс на «регионализацию» и примирение с Турцией и Азербайджаном на основе советских границ. Баку требует отказа Армении от Декларации независимости 1990 года и суверенных решений. Никол Пашинян говорит, что Декларации независимости не должно быть в новой Конституции. Карсский договор 1921 года при этом не отменен, но и не действует в полной мере.

Конфликт между суверенным национальным путем развития и «региональным примирением» был изначально, еще в период, когда Советский Союз распадался, и появлялись идеи о пути, по которому будет идти независимая Армения.

По словам стоявшего у истоков Арцахского движения Манвела Саркисяна, на момент распада СССР было несколько идей.

1988 году из диссидентской антисоветской идеи родилась идея идти на Запад и примириться с соседями. Паруйр Айрикян, в свою очередь, говорил, что раз уж Советский Союз исчезает, ​​мы должны воспользоватья ситуацией и устранить последствия геноцида 1915-1923 годов, и это должно стать стратегией нашей нации.

«Была ещё одна идея, которая в то время победила: два армянских образования, созданных на основе Конституции Советского Союза Арм. СССР и НКАО, должны объединиться и создать единое государство, а затем добиться независимости.

Эта идея победила, и в итоге в 1988 году была заявлена необходимость Миацума и создания одного государства. Национальное самоопределение продвигалось на основе идеи Мицуми. Но параллельно постоянно звучал тезис о примирении с турками. Обе идеи развивались параллельно с 1988 года, между ними шла своего рода внутренняя борьба», сказал Манвел Саркисян.

Почему азербайджанцев и турок так волнует идея Миацума? Потому что были поставлены конкретные политические цели — объединение Арцаха и Армении как акт самоопределения, то есть речь шла о собственной армянской стратегии. Другие варианты предполагали подчинение российско-турецкому договору 1921 года, говорит Манвел Саркисян.

Ажотаж вокруг собственности Царукяна и наручников, которые не защелкиваются на его руках, оттеняет важнейший вопрос выбора пути развития Армении. Пашинян говорит, что получил мандат на примирение с Турцией и Азербайджаном, отказ от Декларации независимости и прочее. Оппозиция делает вид, что эти вопросы ее не касаются.