Парадокс: по вопросу пленных ведется работа через ЕСПЧ, Конгресс США, Европарламент, правозащитные организации и инициативы семей

Спустя почти три года после захвата в плен представителей военно-политического руководства Арцаха судьба армянских пленных остается одним из нерешенных последствий конфликта. После завершения судебных процессов в Азербайджане борьба за их права переходит на международный уровень, однако одновременно все острее звучит вопрос о том, насколько активно в этом направлении действует сама Армения.

Ситуация с доступом к пленным остается крайне ограниченной. По данным Сирануш Саакян, они не имеют возможности встречаться с родственниками, независимыми врачами, адвокатами, консульскими сотрудниками и представителями Международного комитета Красного Креста. Основным каналом связи остаются контролируемые телефонные разговоры: для троих пленных они разрешаются примерно раз в 40 дней, для остальных — примерно раз в неделю. Независимой оценки состояния их здоровья при этом нет.

После завершения процессов в Баку важнейшим направлением становится международная судебная защита. В августе Сирануш Саакян подала в Европейский суд по правам человека коллективную жалобу в отношении 15 армян. Защита оспаривает, в частности, соблюдение права на справедливое судебное разбирательство и другие процессуальные нарушения.

Артак Бегларян, бывший государственный министр и омбудсмен Арцаха, считает обращение в международные суды необходимым. В интервью Step1.am он отметил, что есть достаточно оснований говорить о проблемах с обеспечением правосудия в Азербайджане, поэтому после завершения национальных процессов необходимо использовать международные механизмы, прежде всего ЕСПЧ. По его оценке, такие дела важны не только для защиты самих пленных, но и для будущей правовой и дипломатической борьбы.

Однако наиболее критическая часть интервью Бегларяна касается действий армянских властей. По его словам, Ереван «крайне мало использует существующие рычаги и механизмы», а вопрос пленных «даже не выносится на официальные переговоры и повестку». При этом Бегларян говорит, что не располагает информацией о том, обсуждается ли этот вопрос хотя бы в неофициальном формате.

Это особенно важно в контексте нынешнего мирного процесса. Если судьба пленных не является официальной частью переговорной повестки, международно-правовой механизм остается фактически отделенным от политического процесса, который потенциально может привести к их освобождению.

Бегларян также обращает внимание на позицию Еревана по 907-й поправке к американскому Акту о поддержке свободы. По его словам, Армения публично поддерживает просьбу Азербайджана о снятии этого ограничения, тогда как в Вашингтоне армянская диаспора и отдельные конгрессмены продолжают выступать за сохранение инструментов давления на Баку.

В этом контексте важна позиция Терезы Еремян, директора по связям с правительством Армянского национального комитета Америки. В интервью Step1.am она рассказала о работе организации в Конгрессе США по освобождению армянских пленных, возможным санкциям против азербайджанских чиновников и использованию 907-й поправки. По словам Еремян, Ай Дат в США продолжает продвигать законодательные инициативы, которые предполагают политическое и персональное давление на представителей Азербайджана, причастных к преследованию армян.

Таким образом, инструменты давления существуют, и часть из них уже используется в Вашингтоне. Однако возникает вопрос, насколько эти усилия координируются с политикой официального Еревана.

Показательно, что значительную часть международной работы сегодня ведут сами родственники пленных. В июле сын Давида Ишханяна Армен Ишханян выступил в Европарламенте, заявив, что ЕС не оказывает достаточного давления на Баку, и призвал европейские институты использовать политические инструменты для освобождения армянских пленных. Он подчеркнул, что при наличии политической воли европейская исполнительная власть способна оказать на Азербайджан реальное давление.

Свою международную инициативу ведет и супруга Рубена Варданяна Вероника Зонабенд. Она добивается организации международной женской гуманитарной миссии в Баку, которая должна посетить армянских пленных, встретиться с азербайджанским омбудсменом и передать пленным письма, фотографии и разрешенные личные вещи от родственников. В августе Зонабенд и Сирануш Саакян обсуждали эту инициативу с представителями МИД Армении, Межведомственной комиссии по вопросам пленных и офиса омбудсмена.

При этом, по последней информации, Ереван пока не дал окончательного ответа на предложения Зонабенд по гуманитарной миссии. И только сейчас было заявлено о создании каналов связи семей пленных с правительством. То есть до сих пор этих каналов не было. Нет также сведений, оказывается ли семьям пленных социальная и правовая поддержка.

В результате складывается парадоксальная ситуация: международная работа вокруг пленных продолжается — через ЕСПЧ, Конгресс США, Европарламент, правозащитные организации и инициативы семей, — но, согласно оценке Бегларяна, вопрос не находится даже на официальном столе армяно-азербайджанских переговоров.

Это ставит под вопрос эффективность нынешней государственной стратегии. Международные суды способны зафиксировать нарушения и создать правовую основу для дальнейшего давления, но сами по себе они не гарантируют освобождения. Политическое решение остается необходимой частью процесса.

Именно поэтому международно-правовой и дипломатический треки должны работать одновременно. Ереван мог бы использовать переговоры с Баку, отношения с США и ЕС, а также имеющиеся санкционные и политические инструменты для того, чтобы освобождение пленных стало конкретным требованием, а не только гуманитарным вопросом. Однако правительство пытается вывести вопрос пленных из повестки переговоров, намекая, что не хочет превращать его в предмет торга.

Пока же значительную часть этой работы берут на себя семьи, адвокаты и общественные организации.

Для пленных это особенно критично. Азербайджанские суды уже вынесли приговоры, доступ независимых наблюдателей ограничен, а время продолжает идти. Международные иски могут стать основой долгосрочной правовой борьбы, но без активного политического давления со стороны Армении и ее партнеров вероятность быстрого решения вопроса остается невысокой.

Арсен Агаджанян