Под запретом не только слово «Арцах», но и 35-летняя история Армении

На парламентские выборы в Армении после войны 2020 года правящая партия Гражданский договор пошла с предвыборной программой, в которой говорилось о деоккупации Шуши и Гадрута, о самоопределении арцахцев, обеспечении их безопасности и благоденствия. Хотя мало кто верил в предвыборные обещания, но многим казалось, что иного пути просто нет, и партия власти в Армении все делает правильно. Тем более, что оппозиционные партии не предлагали ничего другого — ни пересмотреть условия заявления 9 ноября 2020 года, ни обжаловать присутствие российских миротворцев вместо и заменить их силами ООН, ни реализации решения 1 декабря 1989 года о воссоединении Армении и Арцаха.

На выборы 2026 года тот же Гражданский договор идет уже с другой повесткой — под запретом не только слово «Арцах», но и 35-летняя история Армении, которая началась, собственно, с решения 1989 года и неразрывно связана с Арцахским движением.

После исхода 2023 года, когда в Армению из Арцаха прибыли десятки тысяч изможденных людей, правительство Армении, называя их «братьями и сестрами», методично создавало непреодолимую дистанцию между арцахцами и остальными гражданами Армении, хотя и у тех, и у других — те же паспорта РА. С рвением, достойным лучшего применения, арцахцы были отстранены от политических, общественных процессов, от государственной службы, их социальная и финансовая стабильность оказалась в полной зависимости от прихотей правительства. Единственное, что получили арцахцы — 50 тыс. драмов на человека, которые в течение 1,5 лет позволили многим выдохнуть и попытаться начать все с нуля.

С весны прошлого года стабильная финансовая помощь также прекратилась, а в общественно-политической сфере тема Арцаха и арцахцев стала токсичной. На самом высоком уровне арцахцев обвиняли то в неправильном выборе собственных руководителей, то в излишней любви к России и Путину, то в нежелании интегрироваться с Арменией, сопровождая это жесточайшим хейтерством. Потом тема арцахцев была и вовсе вытеснена из общественно-медийного пространства — словно не было прошедших 35 лет.

«Тишина» продолжалось до недавнего времени, пока не выяснилось, что директора Музея Геноцида лично Пашинян попросил уволиться, только потому, что та подарила вице-президенту США книгу, где описываются  события в Арцахе — как продолжение Геноцида армян. Пашинян обещал, что будут уволены все «в государстве», кто помянет Арцахскую проблему, которую, по его словам, они с Алиевым «решили».

После такого заявления нейтральные и даже зарубежные работодатели и вовсе перестали принимать на работу арцахцев, разъясняя с опущенными глазами, что сейчас не лучшее время нанимать их. Многие медиа также перестали упоминать о проблемах арцахцев — от греха подальше. А редкие упоминания порождают такой шквал «комментариев», что в следующий раз «непонятливые» СМИ подумают, прежде чем писать о «токсичных» арцахцах.

Арцахский журналист и блогер Давид Симонян выставил недавно на «Кавказский узел» три своих документальных фильма о последних днях в Степанакерте. Пост Давида Симоняна вызвал девятый вал комментариев, главным из которых был, пожалуй, коммент из Баку — «армяне, вы еще не угомонились»?

По расчетам бакинских политтехнологов и их филиалов в Ереване (или наоборот), армяне, а в их числе арцахцы давно должны были угомониться и смириться. «Сейчас действует только сила, нет никакого международного права», пишут бакинцы. Но их президент почему-то требует, чтобы Армения отменила Решение 1989 года, ибо, согласно международному праву, Арцах — часть Армении. И «отменить» это может только Армения, а не сила и не Алиев с Пашиняном.

Армяне не угомонились, и еще не один «решивший вопрос Карабаха» горе-политик будет вздрагивать от одного упоминания об Арцахе.